Текст: Анна Груздева
Шестой раз Большой фестиваль мультфильмов в Красноярске — и снова полные залы. Наверное, потому, что современная анимация часто тоньше, веселее, изобретательнее и более искреннее, чем многие кассовые фильмы, рассказывает о мире и человеке.
Полно вам
Полнометражные мультфильмы в этом году были очень сильные и очень разные. «Фильмом-открытием» стала «Жирафа» Реми Безансона и Жана-Кристофа Ли. В эпоху компьютерных технологий эта картина уникальна тем, что почти полностью создана с помощью рукотворных рисунков, а в её основе — масштабный, одновременно лирический и остросоциальный (даже политический) сюжет. Чернокожий мальчик Маки, угрюмый, но добрый в душе бедуин Хасан, француз-работорговец и маленький жирафёнок путешествуют от Судана до Парижа каждый со своими целями, встречая по пути друзей и врагов.
Ну а сочетая грустное и смешное, классическую мульт-эстетику с элементами выразительной французской анимации, «Жирафа» становится объёмной.
Но «полнометражным» откровением на шестом БФМ становится документальная мультипликация румынки Анки Дамиан «Крулик, дорога в загробную жизнь», получившая гран-при на фестивале в Аннеси. Это выдающаяся документальная анимация, очень сильная и изобретательная, втягивающая зрителя в сопереживание настолько, насколько сегодня только возможно. В основе «Крулика» — реальная история румына Клауди Крулика, ложно обвинённого в воровстве и брошенного в тюрьму; в попытке добиться справедливости от дипломатов и чиновников герой начинает голодать и угасает прямо на глазах зрителя.
Рассказанная самим Круликом, эта история о чиновничье-судебном равнодушии смешивает настроения, как и техники: жизненный оптимизм героя сменяется холодной судебной хроникой, смешивается с лирическими воспоминаниями и перетекает в тягучее, страшное повествование о жизни в одиночной камере. Этот пронзительный фильм о жизни и смерти — настоящее искусство от документальной анимации.
Жутко взросло и запредельно сильно
Программа «Победители», в которую включаются сильные мультфильмы, победившие на важных фестивалях и конкурсах, — это всегда своеобразное вскрытие взрослой черепной коробки и отражение чего-то глобального или глубинного.
Здесь есть и библейская история о Вавилонской башне, перенесённая в постапокалиптический мир, и сюрреалистические эротические фантазии водительницы трамвая, и история о зверях-беженцах, и войны, и привет Джексону Поллоку.
Техники мультфильмов-победителей очень разные и изобретательные, но в их случае становится важнее то, о чём они хотят рассказать.
Затащи меня в ад
Шестой БФМ порадовал взрослых, неравнодушных и ко всяческим страшилкам. За «полнометражную» тему смерти отвечал мультфильм «Магазин самоубийств» — анимационный дебют известного режиссёра игровых фильмов Патриса Леконта («Девушка на мосту»).
Не смотрите на название — нет, пожалуй, более оптимистичного мультфильма о том, как выжить в тотальном депресняке. В унылом и окутанном отчаянием городке люди только и думают, как бы свести счёты с жизнью. Поскольку делать это на публике (падать из окна или кидаться под автобус) запрещено законом, на помощь хмурым горожанам приходит «Магазин самоубийств» — смертоносный бизнес предприимчивой семьи. Так бы и торговали хозяева ядами в подарочной упаковке, верёвками для висельников и самурайскими саблями, да на их беду — или счастье? — в семье рождается жизнерадостный и улыбчивый третий ребёнок, отравляющий семейную жизнь беспричинным оптимизмом.
Но в мультфильме чувствуется и коммерческий прицел: узнаваемая гротескная графика французов сочетается здесь с американским стереоэффектом, когда двухмерный рисунок раскладывается на уходящие в глубину плоские слои.
Пляску смерти на нынешнем БФМ подхватила и программа короткометражных мультфильмов «Ночь влюблённых мертвецов». Но и она, как не трудно догадаться, стала нетрадиционным гимном торжеству жизни, а заодно и поклоном анимационному творчеству Тима Бёртона. Удивительно, но любитель наряжать Джонни Дэппа и Хелену Бонем Картер в костюмные причудливости, вдохновил целое поколение аниматоров своей ранней кукольной короткометражкой «Винсент» и успешными «Трупом невесты» и «Кошмаром перед Рождеством». Так, Кен Тёрнер в кукольном мультике «Тим» пародирует бёртоновского «Винсента», да и в мини-сериале «Снежный мальчик и ворон» Тёрнер заимствует его фирменные завитушки. Мексиканец Рене Кастилло в знаменитой кукольной работе «До основания» спускает своего героя в загробный мир, где тот вначале теряется, а потом с помощью умершей певицы погружается в бесконечный радостный праздник. Чем не «Труп невесты»?
Анна Хамфриз с помощью смерти дарит влюблённым радость сексуальных утех, а юноша-недотёпа у Джена Нейла может не только потерять «Книгу мертвых», но и самого чёрта.
Особенности национального подхода
На нынешнем БФМ можно было наблюдать разные национальные анимационные традиции и погрузиться в совсем разные мультипликационные настроения. Одной из сильных программ в этом году из цикла «Школы» стала швейцарская анимация, представленная работами студентов Университета Люцерна. Швейцарская подборка получилась атмосферной, глубокой, серьёзной, но в то же время поэтичной и визуально притягательной.
Интересно, что многие мультфильмы затрагивают тему героя-одиночки, которому приходится вступать в коммуникацию с миром. В «Окне» Камиллы Мюллер маленький мальчик не любит гулять и общаться с детьми, но обожает домашнее затворничество с книжками, и только девочка и обстоятельства вырывают его из мира сказок. Взрослый швейцарец-патриот в работе «Родина» Лоретты Арнольд живёт спокойно и счастливо в маленьком доме, делает зарядку, читает национальные газеты, пока его покой не нарушает сосед-иностранец. Братец Зимка в одноимённой работе Шарлотты Вальтер должен найти способ общения с Весной, Летом и Осенью, которые его не замечают.
Но в любом случае швейцарские современные мультфильмы глубоко трогают и ум, и сердце.
А вот работы английской студии Tandem Films Entertaiment, которые были показаны на БФМ отдельным блоком, напротив, более открытые, юмористические, легкие и социально окрашенные. Например, Дэвид Гривз в «Мелочах» рассказывает слегка сюрреалистичные истории, основанные на ежедневных мелких конфликтах и ситуациях, знакомым каждому. В короткометражке «Без разговоров» Гривз показывает семью, общающуюся за ужином только при помощь смс и электронной почты. Джон Данливи в «Технической неполадке» иронизирует над существом-неполадкой, которое, не справляясь с созданными антивирусами, уходит на покой читать газеты и пить кофе.
Нужно ли говорить, что непрекращающийся хохот на БФМ стоял на показе серий про известного кота Саймона?
Но современную английскую анимацию нельзя считать просто хохочущей и наивной. Об этом говорит известная работа «Остров.txt» Криса Гейвина, сделанная из пластиковых типографских знаков, одушевлённых с помощью покадровой съемки, и затрагивающая тему грабительского использования природных ресурсов. А также кукольный мульт «Собака» Сюзи Темплтон, где мастерски передана вязкая, тяжёлая атмосфера страданий семьи, потерявшей мать.
Немецкие мультфильмы с фестиваля Kuki, показанные на БФМ детям, ироничные, социальные и яркие. Стоит отметить работу «Мальчик и чудище» Иоганнеса Вайланда, в которой тонко и оригинально раскрывается тема развода родителей.
From Russia with love
Даже по последним двум фестивалям мультфильмов видно: молодая российская анимация, несмотря на отсутствие господдержки, уверенно шагнула вперёд, и критики отмечают, что это следствие большой и упорной работы киношкол. Москву сегодня представляют выпускники школы-студии «ШАР» и ВГИКа, а Питер — аниматоры Санкт-Петербургского института кино и телевидения.
Например, «Мой странный дедушка» Дины Великовской — очень искусная кукольная анимация, где оживают не только чудаковатые герои, но и целлофан, и стеклянные бутылки, позволяя по-настоящему «дышать» лирической истории о чудаковатом дедушке-изобретателе и его внучке. А «Чинти» Натальи Мирзоян — об индийском муравье, строящем из мусора свой Тадж-Махал — и вовсе сделан в технике сыпучих материалов с помощью различных сортов чая, отчего мультфильм становится изысканным и слегка импрессионистичным.
Полюбившаяся многим история Сони Кедель «Пишто уезжает» и перекликающийся с ней «Крот на море», так же нарисованный Соней, очень тонко говорят о чём-то русском, душевном и социальном, разлитом в воздухе. Человека-кота Пишто однажды так достаёт провинциальная жизнь и серость, что он решает куда-нибудь уехать, но, заснув на автобусной остановке, а потом увидев приветливого щенка и выпавший снег, с лёгким сердцем возвращается домой. А крот, живущий в замусоренном пригороде, решает отправиться на море.
Программы российской анимации рождают стойкое любопытство: а что молодые аниматоры придумают ещё? Потому что всё, что есть сегодня, сделано с выдумкой, профессионализмом и неподдельной искренностью.
Читать также:
Что он курил?
Голландские аниматоры показали в Новосибирске лучшие фильмы с фестиваля KLIK! и рассказали Siburbia о том, какой должна быть анимация, и почему делать фильмы интереснее, чем стулья.
Jens, he is
Берлинский художник-комиксист Йенс Хардер о сибирских медведях, комиксах как СМИ и Линор Горалик.
Всё чудесатее и чудесатее
Анна Груздева посмотрела все волшебные и мистические позиции в мартовском кинопрокате и пришла к выводу, что на большинство из них можно идти только от отчаяния.